воскресенье, 9 августа 2015 г.

"Сила обстоятельств" Симона де Бовуар


"Эта книга - не произведение искусства, но моя жизнь с ее порывами, невзгодами, потрясениями, моя жизнь, которая пытается поведать о себе, а не служить предлогом для изящных оборотов речи."
                          /Симона де Бовуар "Сила обстоятельств",                          перевод с французского Н. Световидовой/

 Книгу Симоны де Бовуар "Сила обстоятельств" я читала очень медленно, кусочками, на протяжении почти 1,5 месяцев. Не только потому, что книга объемная (около 500 страниц), но и...в силу личных обстоятельств. Вот такой получился каламбур.)

Для меня это не первая книга этого автора, ранее читала небольшой сборник рассказов "Прелестные картинки", а также знаменитый "Второй пол" (так и недочитанный до конца, но я обязательно его дочитаю).
 Автор книги "Сила обстоятельств"  настолько яркая, неординарная  личность, что прежде чем писать отзыв о книге, хочется немного рассказать об авторе.


Вот что пишет о ней доктор политических наук С. Айвазова: 

"Симона де Бовуар родилась 9 января 1908 года в респектабельной буржуазной семье, гордившейся своими аристократическими корнями.


Отсюда — фамильное «де». Со временем Симону — рьяную поборницу свободы и равенства — друзья станут в шутку звать «герцогиней де…». В ее детскую колыбель феи сложили все возможные добродетели: здоровье, мощный интеллект, своеобразную красоту, железную волю, упорство, трудолюбие, удачливость. Об остальном позаботились нежные, образованные родители: отец — адвокат, мать — хозяйка дома, ревностная католичка, сумевшая, казалось, привить и дочери глубокие религиозные чувства. Мир и идиллия царили в доме. И вдруг — бунт подростка против размеренного семейного уклада, против религии и религиозной морали, против наставлений матери. После него Симона навсегда осталась атеисткой.

Годы учебы на философском факультете Сорбонны окончательно отдалили ее от дома, от внушенных там правил.

Начались поиски собственного пути. Его выбор предопределила встреча с Жан–Полем Сартром, Они входили в один круг молодых философов, готовившихся к сдаче экзаменов на первую ученую степень. Здесь были сплошь будущие знаменитости: Раймон Арон, Поль Низан, Морис Мерло–Понти, Жорж Политцер. Среди этих избранников судьбы Симона — единственная женщина, она — самая молодая из них. Но приятели уважительно отмечали: «Она соображает». На конкурсных экзаменах первое место досталось Сартру, второе присудили ей. Председатель комиссии пояснял при этом, что, хотя Сартр обладает выдающимися интеллектуальными способностями, прирожденный философ — она, Симона де Бовуар. Так, на равных, они вышли в профессиональную жизнь и на время расстались. Она едет преподавать в провинцию. Он отправляется в Берлин знакомиться с новинками немецкой философии. В 1933 году она навещает его и остается с ним навсегда, почти на 50 лет, вплоть до его смерти в 1980 году.
Их семейная жизнь мало походила на обычный брак и вызывала массу толков, пересудов, подражательств. Брак был гражданским, свободным. Принципиально. Потому что понятия свободы воли, свободы выбора, автономии, самоосуществления личности и ее подлинного существования стали основополагающими не только в оригинальной философской доктрине — доктрине атеистического, или гуманистического, экзистенциализма, — которую они разрабатывали совместно, но и в их личной жизни. Оба исходили из реалий XX века с его социальными катастрофами — революциями, мировыми войнами, фашизмом всех видов и оттенков, — и оба считали, что эти реалии нельзя оценить иначе, как «мир абсурда», где нет ни Смысла, ни Бога. Содержанием его способен наполнить только сам человек. Он и его существование — единственная подлинность бытия".


Роман "Сила обстоятельств" автобиографичен. В нем отражены бурные политические события того времени (начиная примерно с послевоенных лет - 1943, 1945 годы и далее примерно до 70-х годов), отражены именно с точки зрения субъективной, очень человеческой, гуманной. Читая, глазами Симоны видишь  страшный послевоенный голод Европы:
"Немцы проиграли, но продолжали упорствовать. Они вернули в Европу древний бич — голод. Копаясь в земле, глодая кору деревьев, тысячи голландцев безуспешно сражались против этой средневековой смерти. Бост привез из Голландии фотографии, которые Камю показал мне. «Этого нельзя публиковать!» — говорил он, раскладывая на своем письменном столе изображения ребятишек, не имевших ни тела, ни лиц, одни только глаза — огромные, безумные".
Ужасают подробности освобождения узников концлагеря Дохау - освободители -американцы принялись кормить истощенных узников - снабдили их консервами, колбасой, хлебом, что привело к следующей массовой гибели людей.
Казалось бы, война окончена, и фашизм, который принес столько горя, должен уйти в прошлое. Тем не менее, Симона говорит о профашистских настроениях всё тех же американцев, которые готовы развернуть военные действия с СССР.
Описание политических событий, настроений в романе перемежается с размышлениями о литературе, о книгах, которые пишет Сартр и Симона, о писательском труде, о предназначении литературы,  а также изображением отдельных фрагментов частной жизни, выступлениями перед студентами, лекциями, публикациями в печати.

К 1946 году Сартр был уже знаменит, Симона - популярна, их книги успешно продавались и они не испытывали материальных трудностей, много путешествовали.
Несмотря на провозглашаемую друг для друга свободу, Симона тяжело переживала любовные увлечения Сартра, при этом ни на минуту не допуская мысли отказаться навсегда от отношений с ним. 
         "Когда опасный вопрос вертится у вас на языке, нередко случается, что момент избавиться от него выбирается неудачно. Мы выходили от меня, собираясь на обед к Салакру, и я спросила: «Скажите откровенно, кто для вас более дорог: М. или я?» — «Мне очень дорога М., - ответил Сартр, — но нахожусь я с вами». У меня перехватило дыхание. Я понимала, что он хотел сказать: «Я уважаю наш договор, не требуйте от меня большего». Такой ответ ставил под вопрос все будущее. Мне стоило большого труда пожимать руки, улыбаться, есть; я видела, что Сартр с тревогой наблюдает за мной, и собралась с силами, но мне казалось, что я не выдержу до конца этого обеда." 
Переживая эти события, Симона не может собраться с силами для писательского труда и ведет "обычный" дневник, отмечая в нем разные повседневные мелочи, которые переносят читателя в Париж 50-х.
В романе описаны 2 - 3 влюбленности самой Симоны, подкупает искренность Симоны, точность слова в выражении чувств, которые она испытывает.

Отдельная серьезная тема романа - война за освобождение Алжира. Мне пришлось освежить свои изрядно поблекшие знания истории, чтобы вспомнить, что Алжир к 1945 году уже около 100 лет был колонией Франции. 
Война за освобождение Алжира длилась около 8 лет и завершилась в 1962 году деколонизацией Алжира.

Эта война была не менее страшной, чем ВОВ, французы широко применяли пытки в отношении алжирцев, и Симона приводит в романе факты, свидетельствующие об этом. О своем состоянии в эти годы она говорит, что ей стыдно осознавать себя француженкой, что эти события "полностью перекрывают ей горизонт" и она не может сосредоточиться на работе. 
Сартр и Симона де Бовуар активно выступают на стороне сил, борющихся за независимость Алжира, на жизнь Сартра несколько раз устраивают покушения с целью заставить его замолчать.

Неоднократно в романе Симона возвращается к теме смерти, старости, быстротечности жизни, внутреннего неприятия самого процесса старения. 
"Однажды в сорок лет я подумала: «В глубине зеркала меня подстерегает старость, и это неизбежно, ей удастся заполучить меня». Она меня заполучила. Нередко я в изумлении останавливаюсь перед этой невероятной вещью, которая служит мне лицом. Я понимаю Кастильоне, разбившего все зеркала".

 "Возможно, люди, которые меня встречают, видят просто пятидесятилетнюю женщину, не хорошую и не плохую, а того возраста, какой она имеет. Но я-то вижу прежнее свое лицо, которым завладела болезнь, оставляющая неизгладимые отметины, от нее мне уже не вылечиться.
Она отравляет мне и сердце. Я утратила власть, какую имела, отделять тьму от света, обеспечивая себе ценой вихрей лучезарные небеса. Мой отчаянный бунт подавляет неотвратимость конца и неизбежность разрушений, к тому же и мои радости поблекли". 
В эпилоге Симона де Бовуар пишет:

"Был в моей жизни несомненный успех: мои отношения с Сартром. За более чем тридцать лет мы один лишь раз заснули в размолвке. Это длительное единение не ослабило интерес, с которым мы относились к нашим беседам: одна приятельница заметила, что каждый из нас слушает другого с огромным вниманием. Между тем наши мысли так упорно взаимно критиковались, поправлялись, поддерживались, что стали общими. Позади у нас нераздельный запас воспоминаний, знакомств, образов; для познания мира мы располагаем одними и теми же средствами, представлениями, объяснениями: очень часто один заканчивает фразу, начатую другим, если нам задают вопрос, то нам случается вместе давать одинаковые ответы. На основании какого-нибудь слова, ощущения, намека мы проделываем один и тот же внутренний путь и одновременно приходим к заключению — будь то воспоминание или сопоставление, — для третьего лица совершенно неожиданному".

И это действительно драгоценный подарок от жизни, который достается далеко не каждому.

Комментариев нет:

Отправить комментарий